Возьми газету бесплатно

Павловский Посад. Новости

Яндекс.Погода

понедельник, 14 октября

пасмурно+12 °C

Онлайн трансляция

Фронтовик, писатель, журналист

26 июля 2019 г., 11:45

Просмотры: 328


В преддверии векового юбилея газеты продолжаем рассказывать о главных редакторах газеты. Сегодня представляем нашим читателям очерк о Петре Фёдоровиче ЛЫХИНЕ. Интересен он ещё тем, что пишет о Лыхине другой редактор – Владимир Овецкий.

Фото из архива газеты

Друзья уходят понемногу,

Друзья меняют адреса

Эти печально-пронзительные строки вроде бы не открывают ничего нового: идёт привычный и естественный процесс, от рождения до последнего часа. В сущности говоря, человек, едва только осознал себя, знает, каков будет конец пути. Не знает только главного: будет это трагическая развязка или естественный безболезненный процесс.

Умом-разумом мы это всё понимаем, но от этого человеку не легче: гложет сердце и душу отвратительная червоточина, когда на смертном одре понимают всю безысходность и обречённость своего существования. Другой вопрос – как к этому относиться: через потоки слёз, проклятья и опустошённость или стойко и мужественно. Уверен, Пётр Фёдорович Лыхин свои последние дни и часы провёл именно так.

Уверенность мне дают многие годы знакомства с ним, совместной работы, радости и печали, без которых газетная работа для журналиста теряет всякий смысл.

Нет, мы не были закадычными друзьями, всё-таки сказывалась солидная разница в возрасте, образ жизни и мышление. Мы познакомились в 1964 году. Я – вчерашний школьник, он – человек, прошедший войны, «отпахавший» на скупой земле павловопосадской и обнаруживший в себе талант журналиста и после первых опытов принятый на постоянную работу в газету «Знамя Ленина». Он возглавил отдел сельского хозяйства. Замечу, что в редакции было четыре отдела: партийной и советской работы, промышленности и строительства, сельского хозяйства, писем, культуры и быта. И каждый имел свой стиль и уровень. Это я к тому, что П. Лыхин не сидел на месте, а часто бывал в совхозах. Их в районе было три: «Рахмановский», «Павлово-Посадский» и «Павловский». Звёзд с неба они не хватали, но вполне обеспечивали город продуктами питания, в основном – мясо-молочными.

После поездки по полям и фермам Пётр Фёдорович активно «отписывался». Трудоспособность и усидчивость у него были необыкновенными. Причём писал он в разных формах и жанрах, от коротких заметок и информации до фельетонов и проблемных статей.

При этом материалы были актуальными, злободневными, на высоком уровне. Халтурить он себе никогда не позволял. Подобное отношение к делу позволило П. Лыхину, если так можно было выразиться, «расширить границы жанра».

Он выпустил несколько книг документальной прозы: «Особый батальон», «Отречение и покаяние», «Повести, рассказы, зарисовки».

Высокая работоспособность, доброжелательное отношение к сотрудникам и читателям помогли ему пройти все ступени служебной лестницы: корреспондент, зав. отделом, зам.редактора и, наконец, – редактор газеты.

Мне в этом смысле вспоминается весьма характерный эпизод того времени. Так произошло, что по должности Пётр Фёдорович исполнял обязанности редактора городской газеты. Причём это «исполнение» длилось более полугода. Коллектив во главе с секретарём партбюро А. Денисовым решил навестить секретаря горкома партии Юрия Пронкина, который в значительной степени определял людские судьбы, и высказать ему наши пожелания. Ответ его был короток и однозначен: «Пока я здесь секретарь горкома, Лыхин никогда редактором не будет!».

И так до удивления странно складываются человеческие жизни: Юрия Степановича перевели в какую-то областную организацию на второстепенную должность, а П. Лыхин стал редактором газеты «Знамя Ленина», в коей должности пребывал несколько лет, вплоть до перевода его в аппарат ГК КПСС. Но это – другой разговор, и мы его отложим на другие времена. Надобно отметить, что возглавил П. Лыхин отдел агитации и пропаганды. И возглавлял – по газетным масштабам – полезно, целесообразно и без назойливости. Это к тому, что многие работники горкома хотели и умели щегольнуть своей «руководящей» ролью над газетой. Это доставляло им прямое наслаждение.

Пётр Фёдорович был не из таких. Сам «прожаренный-пропаренный» на журналистской кухне, он прекрасно понимал своего «собрата по оружию» и старался в меру своих сил и возможностей хотя бы как-то облегчить жизнь коллег по профессии, которые в силу сложившихся обстоятельств были вынуждены жить «от зарплаты до зарплаты». Причём зарплаты, прямо назовём вещи своими именами, – «нищенской» и без всяких льгот и поощрений. При всём том, газета регулярно выходила три раза в неделю, без пропусков и особых купюр. При всём том, что в те времена была жёсткая цензура, обойти которую не было никакой возможности. Да это было не только неразумно, но и чревато…

Мне хочется процитировать строки из юбилейного номера редактора газеты 70-х годов Петра Лыхина. Они во многом подходящи и для сегодняшнего дня, нынешних задач. Итак: «Горжусь тем, что связан с газетой более 40 лет. Я пришёл в редакцию в 1956 году, трудился на этом поприще в течение нескольких лет. Мало того, был затем назначен на должность заведующего отделом агитации и пропаганды того самого горкома партии, который по сути возглавлял в своё время названный нами секретарь ГК КПСС. Такие вот жизненные изгибы и повороты».

Их, кстати говоря, в судьбе П. Лыхина было предостаточно. Практически всё он сумел достойно преодолеть. И здесь мне приходит на ум любопытная, но серьёзная мысль: я вынес в заголовок три знаковых слова, обозначающих этапы, если хотите, периоды жизни Петра Фёдоровича, и задумался: какое же из них является определяющим? В принципе, и то, и другое, и третье. Но главное – он боец! Он был им на фронте, когда в Польше командовал штрафротой и штрафбатальоном со всеми вытекающими отсюда последствиями, сложностями и условностями. Он не прятался за чужими спинами и в мирное время, когда можно было отсидеться в тихом и тёмном углу, пережидая проблемы, сложности и неприятности, которых на нашем веку возникает немерено и которые рождаются там, где их совсем не ждёшь.

П. Лыхин их не боялся, он как будто сам шёл им навстречу. Не раз мне доводилось слышать, как более спокойные, взвешенные и искушённые в подобных делах люди говорили ему: «Пётр Фёдорович, ну, что ты лезешь на неприятности?! Пережди, осмотрись – тогда и примешь решение». Но – горячий, взрывной, беспокойный – он не мог и не хотел ни «пережидать», «ни осматриваться». Он, как на фронте, всегда шёл «впереди атакующих рот».

Не берусь судить, что мудрее и важнее – трезвый расчёт или неутомимая отвага и решительность. По большому счёту всё зависит от обстановки, ситуации и характера человека. Мало кто обладает этими качествами в полной мере. В той или иной степени – большинство. И фронтовик, писатель, журналист П. Лыхин был в их числе.

Впрочем, прошедшее время здесь неуместно. Гораздо справедливее будет сказать: есть и будет, ибо память, при всех её изворотах и «замыканиях», нетленна!